Читаем без скачивания Дело о Чертовом зеркале - Георгий Персиков

– Сэр, я не сомневаюсь в порядочности короны, но я бы чувствовал себя спокойней, если бы мы припрятали пару безделушек, из тех, что подороже.

– Ты снова прав, дружище. Давай-ка поглядим, чем тут можно поживиться. – Лорд соскочил со своего стульчика и весело плюхнулся в кучу золотых монет. – Нет, нет, Хью, для кувырканий в золоте твоя помощь мне не нужна! Это куда приятнее, чем скакать у тебя на закорках!

Он быстро пополз на руках, расшвыривая в стороны золотые чаши, шлемы и кинжалы в ножнах. И вдруг застыл, приподнявшись на руках, как гончая, сделавшая стойку.

– Вот и нашелся Ахмет‑бей. Значит, никуда он не уплыл и не забрали его черти. Дай-ка сюда свет, Хью.

Ирландец подошел с фонарем и посветил туда, куда указывал лорд. В груде золотых и серебряных монет лежал скелет, облаченный в боевой панцирь и шлем с шишаком. Чалма, рубаха и шаровары давно истлели, истлели сапоги и кожаный пояс. Костлявыми пальцами, унизанными перстнями, скелет сжимал небольшой ларец черного дерева.

– Что это за сундучок, сэр? – хрипло спросил Хью, высунув нос из воротника.

– А вот сейчас и поглядим. – Лорд ловко извлек из рук скелета ларец, из-за чего кисти рассыпались в прах. – Пардон, месье. Тяжелый!

На крышке ларца были вырезаны звезда и полумесяц. Сама крышка не открывалась.

– Не хотелось бы ее распиливать, – пробормотал лорд, с трудом крутя в руках тяжелую шкатулку. – Где-то должен быть ключик…

Между тем Хью выудил у скелета из-под панциря истлевший гайтан с кожаным мешочком и потертую золотую цепочку. На ней сверкал в свете фонарика небольшой золотой ключ. Мак-Роберт коротко кивнул и снял цепочку через голову, а точнее – через череп.

– Подходит, – удовлетворенно сказал он и, поставив ларец на пол, уверенно вставил ключ в замочную скважину. Тот повернулся на удивление легко, будто замок был смазан только вчера.

Крышка ларца пружинисто отскочила вверх, явив подданным британской короны огромный кристалл восхитительной, непередаваемой красоты, напоминающий огромный куб, состоящий из множество едва различимых граней. В темноте он казался абсолютно черным, но при этом непостижимым образом блестел всеми цветами радужного спектра.

– Что это, сэр?.. – прошептал Хью. Фонарь вдруг затрясся в его огромной руке.

– Святые угодники, так это правда… – прошептал лорд в ответ.

– Что правда? – спросил ирландец.

– Хью, в наших руках одно из самых беспощадных оружий когда-либо существовавших на земле. Это и есть легендарное «Зеркало шайтана». Никто в него не верил, и все считали это выдумками фанатиков, вроде слезы Святого Духа. Ха-ха-ха! А оно есть, и оно у меня в руках! А все эти медяки вокруг – это жалкие побрякушки! Бижутерия! Видишь, на его гранях вязь? Это суры Корана, написанные наоборот, слева направо. Камень имеет сто четырнадцать граней, по числу сур. Мусульмане считают, что их написал сам…

– Кто сам, сэр? Неужто Аллах?

– Сам шайтан, да будет проклято его нечистое имя во веки веков. Аллах же отобрал у нечистого камень, могущий уничтожить все живое на земле, и сохранил у себя в райских садах. А пророк Мухаммед, благословит и приветствует его Аллах, побывал на небесах всего лишь мгновение, равное семижды семистам веков, и там Аллах и вручил ему этот камень, чтобы тот вел войны против неверных. Уже тогда пророк надиктовал строки Корана, увидев их огненные строки на небесах, и в благодарность Аллах наградил его этим камнем. Именно этот камень помог пророку и его преемникам создать могущественный Арабский халифат и обратить в ислам весь Аравийский полуостров. Много текло крови, много горело городов, но, как бывает всегда, чтобы помочь Богу, люди должны проливать кровь. Как говорит легенда, незадолго перед тем, как отправиться на небеса, пророк понял, что «Зеркало» приносит слишком много бед, и отдал камень жалкому нищему дервишу, который потряс его силой и глубиной своей веры. «Сохрани и убереги от зла», – сказал Мухаммед. На этом след камня, и без того очень блеклый, теряется. Кто же мог предположить, что этот дервиш существовал и со своими потомками на протяжении сотен лет хранил этот камень!

– Как же он попал сюда, сэр? – спросил Хью, не отводя взгляда от чарующей игры света среди огненно-черных граней алмаза.

– Как раз тут нет никаких секретов, – ответил лорд, ласково гладя камень. – В своем последнем набеге Ахмет‑бей напал на небольшое поселение дервишей среди пустыни. Он по своей милой привычке выпытал (надеюсь, ты понимаешь, что «выпытал» именно в буквальном смысле), что дервиши обладают древним богатством. Все считали, что богатство это – духовное, то есть их мудрость и прочая дребедень. А вот Ахмет‑бей, опытный грабитель, догадался, что у духовного сокровища может быть и материальная цена. Когда дервиши стали артачиться и упорно скрывали, где спрятано сокровище, Ахмет рассадил все поселение рядами: стариков против мужчин, матерей против детей, юношей против девушек – прямо перед старейшиной племени. И начал методично пытать каждого поочередно. Не мне тебе говорить, какие турки мастера на пытки.

– Он запытал всех до единого, сэр?

– Да. Каждый принял ужасную, нечеловеческую смерть, но никто не издал ни звука. Лишь дряхлый старейшина проклял Ахмета. Как видно, старикашка знал, что говорит, – с этими словами лорд кивнул на скелет. – В общем, ничего Ахмет своими пытками не добился. Старик тоже умер, так и не выдав тайну. Так и остался бы бей ни с чем, если бы не случайность. Он и его башибузуки уже оседлали коней и приготовили огонь, чтобы сжечь деревню и трупы ее несчастных жителей, как вдруг Ахмет увидел, что песок у порога одной из лачуг темнее, чем везде, будто там недавно рыли яму, а затем засыпали ее песком. Он подъехал к этому месту и молча стал копать. Не прошло и минуты, как его лопатка уткнулась в крышку ларца, который сейчас лежит перед нами, мой дорогой Хью. Как говорят летописи, Ахмет воскликнул: «Смотрите, Аллах любит меня больше, чем этих нищих дервишей! Он отдает мне свое сокровище!» С этими словами он вытащил ларец из тайника, вскочил на своего коня и велел сровнять поселение с землей, что его воины и сделали. А вот крохотному мальчишке, израненному и обгорелому, удалось выбраться из кучи обугленных тел. Его подобрали казаки Червеня, и он указал им, куда поскакали крымцы. А дальше проклятие дервиша сбылось – запорожцы настигли Ахмет‑бея, перебили всех его людей, а он встретил ужасный конец, задохнувшись газами в груде золота. Так что много крови впитал этот камень, ой как много, – добавил лорд, любуясь радужными переливами. – Про этот камень потом сложили даже забавную легенду, окрестив его «Зеркалом шайтана», или «Шайтан-Кюзгусси». Видишь, как гладко отполированы его грани? В них даже можно смотреться, как в зеркало.

Хью посмотрел на сверкающий камень и кивнул.

– Так вот, согласно легенде, после того, как Ахмет‑бей утопил все селение в крови, тем самым он привлек внимание шайтана. И сам злой дух снова поселился в этом камне, принося его обладателям лишь беды и горе. Потому долго смотреть на алмаз нельзя, если не хочешь, чтобы шайтан поработил твою душу, – и лорд захлопнул ларец. – Изгнать дьявола и вернуть алмазу святость можно лишь после вмешательства священников. Ну с этим, я думаю, мы в Англии справимся. Да. Как ты, наверное, догадался, эту скалу назвали в честь камня, Шайтан-Кюзгусси, хотя считалось, что алмаз бесследно потерян…

– А как он работает? Как из простого камня он станет супероружием?

Лорд, завороженный камнем, вдруг выпустил из внимания необычайную разговорчивость слуги. И зря…

– Тайна эта, разумеется, утрачена… Легенды говорят, что если в полдень поднять камень вверх, то лучи солнца соберутся в камне и выстрелят по вражеской армии с такой силой, что перерубят и сожгут доспехи любой толщины… Но мы заболтались, Хью, идем наверх, отвалим камень и дадим выстрел. Ракетница лежит в глубине сака.

– А что делать с этим аборигеном? – Ирландец, поднимаясь, указал на связанного татарина, который уже начал приходить в себя.

– Либо оставим здесь, либо сбросим со скалы, – ни секунды не колеблясь, ответил лорд, бережно укладывая камень обратно в ларец. Цепочку с ключом он повесил себе на шею. – Я думаю, что здесь он не протянет и пяти минут. Голова уже кружится. Не тяни, Хью, поднимай меня!

– Сэр, давайте я сперва отвалю этот камень. Боюсь, что с вами на плечах, да еще и с сундучком мы не уместимся в той каменной нише… Да и сил у меня, видно, не хватит, душно тут… Меня тоже начало немного подкачивать…

– Так шевели ногами, чертов ирландец! А то мы тут задохнемся! И будем лежать в обнимку с Ахмет‑беем до скончания века!

Хью покорно кивнул и побрел в темноту, медленно ступая вверх, среди раскиданных по каменным ступеням сокровищ. Сам лорд растянулся на груде золота, прижимая ко рту шарф. Но едкие серные пары проникали под давно взмокшую ткань, голова кружилась, и утренний завтрак начал подбираться к горлу. Мак-Роберт сел, потирая виски. Свет фонарика ударил в спину Хью, поднимающегося все выше и выше.